Профессиональный Альянс Участников Русского Рынка Электронных Никотиновых Систем  
Навигация  



Рынок ЭСДН в России - Аналитика 
 
Рынок ЭСДН в России - Аналитика  

Концепция снижения вреда определяет потребность в безопасном никотине
2021-02-08

Это было в Соединённом Королевстве в 1986 году. Маргарет Тэтчер была премьер-министром, и в обшитых деревом кабинетах недалеко от Парламента министры слушали инструктаж по серьёзной угрозе для здравоохранения: ВИЧ.

Я – учёный в сфере здравоохранения. До того момента моя работа в основном состояла из исследований, связанных с людьми, употребляющими героин и другие опиаты. Благодаря моему опыту через некоторое время я уже помогал разрабатывать и оценивать подход по снижению вреда в Соединённом Королевстве – ещё до того, как данная концепция, собственно, получила такое название. Фокус в моей работе сместился на то, чтобы помогать тем, кто употребляет наркотики внутривенно, избежать заражения ВИЧ.

В начале 1987 года правительство консерваторов приняло радикальное решение о предоставлении стерильного инъекционного оборудования людям, употребляющим наркотики внутривенно, в качестве меры по борьбе с кризисом ВИЧ. Всего несколькими месяцами ранее оно вело кампанию против героина. Теперь оно раздавало бесплатные шприцы.

Британское Министерство здравоохранения попросило меня оценить разворачивавшуюся экспериментальную программу выдачи иголок и шприцов. Все завертелось: всего через несколько недель реализация программы и её оценка шли по всей Англии и Шотландии. Вскоре я разработал новую программу исследования ВИЧ, которая ориентировалась на вовлечение сообщества. Мы первыми стали нанимать потребителей наркотиков – для проведения интервью с другими такими, как они, и сбора образцов слюны и крови для анализа.

Когда я стал принимать участие в разработке мер по борьбе с ВИЧ в Британии, мы исходили из того, что риск при заражении ВИЧ выше, чем риски, связанные с употреблением наркотиков, – а это и есть суть снижения вреда в двух словах. По любым меркам, действия правительства Британии по борьбе против распространения ВИЧ среди потребителей наркотиков стали значительным успехом в здравоохранении.

Если перемотать события чуть более чем на 20 лет вперёд к концу нулевых, я по-прежнему работал в сфере профилактики ВИЧ, прав человека и снижения вреда от наркотиков. Моя работа не была связана с отказом от курения, но я был знаком с Майклом Расселом и потому знал, что миллионы людей «курят ради никотина, а умирают от смол». Я также знал, как много людей, употребляющих наркотики вроде героина или крэка, также курят сигареты.

Потом кто-то рассказал мне о вейпинге. Я сразу понял, что эта новая технология может стать решением по снижению вреда от курения – более безопасный продукт, делающий возможным более безопасное поведение. Потребители тоже могли видеть потенциал никотина без дыма. Мало-помалу популярность вейпинга стала увеличиваться, как в Британии, так и за её пределами. Вместе с хорошо известным на рынке пастеризованным снюсом из Скандинавии и, позднее, нагреваемыми табачными изделиями открывалось совершенно новое направление снижения вреда. Уберите дым – и вы снизите риск; для вейпинга, как позднее покажут исследования, – на величину до 95 процентов.

Следовательно, оставалось лишь распространить эту информацию; я думал, что через несколько лет курение уйдёт в историю. Учитывая, что многие из моих коллег в британском здравоохранении поддерживают как идею снижения вреда от употребления наркотиков, так и реформу законодательства о наркотиках, я полагал, что они также увидят огромный потенциал более безопасной продукции с никотином для здравоохранения.

Но всё вышло по-другому. Многие лидеры сферы здравоохранения в Соединённом Королевстве и за рубежом по-прежнему выступают против вейпинга – плотно нахлобучив фуражки борцов против табака. Они повторяют старые заклинания, сеющие страх, неуверенность и сомнения. Некоторые продолжают осторожничать, несмотря на бессмысленность такого подхода, если учесть хорошо известные катастрофические последствия курения. Другие рассматривают снижение вреда от табака как какой-то заговор крупного табачного бизнеса и лишают голоса всех, кто верит в возможности данного подхода.

Моя версия? Она состоит в том, что многим в сфере здравоохранения трудно принять мысль о возможности существования рыночных решений для проблем здравоохранения. Эти вмешательства не требуют специалистов. Они влекут минимальные затраты для налогоплательщиков.

Есть лишь одно заметное и важное исключение: Служба здравоохранения Англии, орган исполнительной власти в сфере здравоохранения ответственный за предоставление рекомендаций правительству. Она провела первый критически важный обзор данных по вейпингу, подтвердив цифру «на 95% меньше вреда». Соответствующее одобрение ведомства – полученное лишь после значительного распространения продукции среди потребителей – дало идее снижения вреда от табака шанс на процветание здесь, в Соединённом Королевстве.

С начала моей работы в этой области, когда задумывался и разрабатывался проект «Ситуация со снижением вреда от табака в мире», в Соединённом Королевстве происходили резкие падения объёмов курения, связанные с ростом употребления э-сигарет. Тем временем в Швеции самый низкий уровень курения в ЕС благодаря популярности снюса – и самый низкий уровень связанной с табаком смертности в Европе. В Норвегии курение практически исчезло; среди молодых женщин 1% курят, при этом 14% употребляют снюс. С 2016 года, когда нагреваемые табачные изделия (НТИ) появились на японском рынке, продажи сигарет в стране рухнули на 33% – ошеломляющий результат.

Несмотря на миллиарды долларов, годами закачиваемые в борьбу против табака, несмотря на годы повышения табачных налогов, годы стигматизации курильщиков, только сейчас мы становимся свидетелями сокращения объёмов курения и продаж сигарет, какого не видели никогда ранее, – в странах, где более безопасная продукция доступна физически и финансово.

Вообще, работа, которую мы выполнили для нашего последнего доклада «Острые вопросы: ситуация со снижением вреда от табака в мире в 2020 г.», показывает, что во всём мире 98 млн человек перешли на потребление никотина с помощью более безопасной продукции вместо сгорающего табака. Из них 68 млн – вейперы, 20 млн употребляют НТИ, и 10 млн – бездымные табачные изделия или снюс. Это революция в здравоохранении, возглавляемая самими потребителями. У нас есть доказательства: когда у людей есть выбор, они массово отказываются от сгорающего табака и переходят на эту продукцию. Люди делают выбор в пользу улучшения состояния своего здоровья.

Было бы легко охарактеризовать это как успех. Но истина в том, что мы ещё и близко к нему не подошли. Страны, где мы видим эти проблески надежды, – это богатые страны. В странах в низкими и средними доходами (СНСД) проживают 80% курильщиков мира, в этих странах меры по борьбе против табака зачастую реализуются плохо или частично, масштабы курения велики или не снижаются, рост численности населения ведёт к увеличению числа курильщиков, а системы здравоохранения в наименьшей степени способны эффективно лечить связанные с курением заболевания или предлагать курильщикам поддержку в отказе от курения. Производители более безопасной продукции также не обеспечивают этим странам достаточный уровень сервиса, продукция поступает на рынок в ограниченных количествах или по ценам, которые делают её недоступной для большинства.

Нам нужно расширяться – и быстро.

Во всём мире курят 1,1 млрд человек. Это число не меняется уже два десятилетия. ВОЗ прогнозирует миллиард связанных с курением смертей к 2100 году. Наши оценки указывают на то, что в настоящее время существует лишь 9 потребителей более безопасной продукции на 100 курильщиков.

Препятствия значительны. Когда миллионы долларов от неподотчётных филантропов от капитализма указывают путь, политики, принимающие решения по борьбе против табака на уровне ВОЗ, предпочитают рассматривать снижение вреда от табака как уловку крупного табачного бизнеса. «Острые вопросы» разоблачают масштабы, в которых на политику борьбы против табака, как на уровне ВОЗ, так и на уровне отдельных государств, оказывается влияние американских фондов, активно поддерживающих кампании против снижения вреда от табака. В странах, где концепция снижения вреда от табака уже закрепилась, дезинформация о рисках вейпинга влияет на уверенность потребителей, отпугивая курильщиков от перехода.

Тем временем, правительства СНСД подталкивают к запрету более безопасной продукции во имя борьбы против табака. Растущая обеспокоенность в связи с влиянием этих лиц и организаций в октябре 2020 года отозвалась эхом в Палате представителей на Филиппинах, где прозвучали призывы провести парламентское расследование факта принятия филиппинским Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов финансирования от американских антивейпинговых организаций. И всё это время сгорающий табак остаётся в продаже во всех магазинах товаров повседневного спроса на каждом углу.

Начнёт ли в конце концов ВОЗ рассматривать снижение вреда от табака как отдельный и связанный со здравоохранением вопрос, равно как и вопрос права на здоровье? Она не хотела делать это в вопросах профилактики ВИЧ/СПИД и права потребителей наркотиков на здоровье, но в итоге всё же приняла концепцию снижения вреда. На самом деле, Рамочная конвенция по борьбе против табака ВОЗ, по сути, определяет снижение вреда как одну из трёх стратегий борьбы против табака наряду с сокращением предложения и спроса. Но в 2005 году, когда она вступила в силу, никто не представлял, какой выбор появится у потребителей никотина всего 15 лет спустя.

И именно здесь должно находиться снижение вреда. С людьми, которые делают выбор в пользу улучшения своего собственного здоровья и благополучия. Оно влияет на людей, которые двигают снижение вреда от табака вперёд, – не на экспертов. И снижение вреда от табака никого не должно оставить без участия.

Профессор Джерри Стимсон   :  NicotianA №2 (42) Весна 2021


 
e-mail: info@vaping-alliance.ru | ©2016 «Ассоциация ПАУРРЭНС». Все права защищены.